Рейтинг@Mail.ru

13 апреля 2018 г.

Это память опять от зари до зари…

В Международный день освобождения узников фашистских концлагерей, который ежегодно отмечается 11 апреля, в Кемерове возложили венки к мемориальному комплексу на пересечении Притомской набережной с улицей Весенней.

В этот день принесли сюда букеты тёмно-бордовых гвоздик те немногие люди, которым удалось перенести ужас войны, плена, лагерей и выжить… Большинство из них были в эти страшные годы детьми.

11 апреля 1945 года заключенные концентрационного лагеря Бухенвальд подняли интернациональное восстание и вернули себе свободу, а позже им удалось предъявить международному суду доказательства фашистских преступлений в ходе Нюрнбергского трибунала. С тех пор вся планета отмечает Международный день освобождения узников фашистских конц­лагерей.

Миллионы погибших…

День памяти открыл на площади у мемориала Владимир Балахонов, председатель совета ветеранов города Кемерово:

– На территории разных стран, которые захватили гитлеровцы, в годы Второй мировой войны погибло более 18 миллионов человек, и это только мирные жители. Каждый пятый узник концлагерей был ребёнком… Это не просто военное преступление гитлеровского режима, а чудовищное преступление перед всем человечеством.

Непосильный рабский труд, невыносимые условия содержания, жуткие эксперименты над людьми. Сколько жизней ушло в небытие… Освенцим унёс около 4 миллионов жизней, Майданек – более 1300 тысяч, Маутхаузен истребил 120 тысяч. А ещё были сотни тысяч жертв в лагерях на территории, захваченной фашистами в СССР. И есть люди, чья биография – это настоящий урок мужества, а стремление сохранить память об этом – залог того, что это никогда не повторится.

Ветеранам уже немало лет, но каждый из них до сих пор чувствует боль и горечь. Четверть века назад в Кузбассе было около двух тысяч свидетелей войны, вернувшихся домой из плена. Сейчас их осталось 243 человека, а в Кемерове – 68 жителей, побывавших в фашистских лагерях. Эти люди со временем уходят от нас, унося память о военном времени и ужасных преступлениях германского нацизма.

Александру Шураеву, председателю Кемеровского отделения Российского союза бывших малолетних узников фашистских концлагерей, понятно главное: чтобы исключить возврат к страшному прошлому, надо знать и помнить о том, к чему привели человечество извращённые гримасы истории.

– Мы – бывшие несовершеннолетние узники – написали три книги воспоминаний, – говорит Александр Фролович, кандидат медицинских наук, полвека проработавший врачом. – Каждый изложил то, что сумел, кто в одном абзаце, а кто и в многостраничных повествованиях. Мы добились, чтобы здесь, на месте особого почитания, появился и наш монумент. Он уникален тем, что в капсулах собрана земля с разных мест. Любовь Федоровна Разуменко привезла землю с территории женского концентрационного лагеря Равенсбрюк, который находился под Берлином. Эдуард Матвеевич Адамянцев – почву с могил Пискарёвского кладбища, где покоятся жертвы блокадного Ленинграда. Клавдия Ивановна Высоцкая доставила пепел сожжённой гитлеровцами Хатыни. Лев Борисович Хаес – частицы останков жертв холокоста из Бабьего Яра под Киевом. Это наполняет наш общий мемориал живой памятью о миллионах ушедших. Самое важное – чтобы она не исчезла, чтобы наши дети, внуки, правнуки стремились любой ценой предотвратить подобные трагедии.

Память несдавшихся

У памятника состоялось и очередное вручение медалей «Непокоренные». Эта почётная награда учреждена Геральдическим комитетом при президенте РФ в 2008 году по инициативе Российского союза бывших несовершеннолетних узников фашистских концлагерей, гетто и других мест принудительного содержания, созданных фашистами во время Второй мировой войны. Далеко не все бывшие малолетние узники дожили до возможности её получить – теперь награда всё чаще даётся потомкам тех, чьё детство опалили плен и фашистская каторга. Одну из медалей приняла Галина Чегаева, дочь узника.

– Мой отец, Иван Дмитриевич Маслеган, жил во Львовской области. Буквально в первые дни войны оказался на оккупированной территории и был отправлен в Германию в лагерь. Ему было 14 лет. От смерти отца спас случай: тех, кто поздоровее, администрация лагеря раздавала в услужение немецким фермерам или ремесленникам. Отца взял местный кузнец, которому нужен был помощник. Говорят, что в этом лагере из тех, на кого спроса не было, не выжил никто… После освобождения папа попал из Бреста в сибирский посёлок Барзас. Служил во внутренних войсках, после увольнения работал на заводе «Строммаш». Мама всю войну и после нее трудилась на заводе «Прогресс» в Кировском районе. Папа о своей юности не вспоминал, не хотел, наверное, рассказал очень мало, довольно скупо. Но мы с братом и с нашими детьми стараемся хранить память, теперь и медаль будет этому способствовать.

У Светланы Макаровой особая судьба. Она родилась в ноябре 1943 года в Германии, в семье пленных русских. Отец Светланы Алексеевны был офицером-политруком. В начале войны их часть разбил противник под Новоградом-Волынским, а переформированные подразделения попали в окружение немецкой армии. Политрук Алексей Павлов выходил из окружения, переодевшись украинским крестьянином. Но его взяли в плен и отправили в Германию на работы. В эшелоне он познакомился с будущей женой. Потом в составе лагеря для военнопленных они вместе работали на фабрике.

– Отец говорил, что голод был страшный – выдавали одну буханку хлеба на неделю, а запахом похлёбки из брюквы и кольраби он «пропитался на всю жизнь», – делится Светлана Алексеевна. – Спасали только нормальные, добрые немцы – подбрасывали пленным еду на фабрике, местный пекарь, когда мог, давал ещё одну буханку хлеба…

После освобождения, когда Светлане исполнилось два года, семья оказалась в селе Тарасово Промышленновского района, потом они жили в Треще. Отец, как офицер, прошедший через плен, был практически лишён всех прав. Когда дети подросли, он чудом добился перевода в Кемерово: «Им же учиться надо». Папа Светланы стал шофёром директора коксохима, мама шила на дому, а сама она поступила на биологический факультет Новосибирского государственного университета. Потом преподавала генетику в Кемеровском мединституте, теперь на пенсии.

– Но отметка в паспорте о том, что я родилась в Германии, стоит и сейчас. И она не даёт мне забыть о прошлом нашей семьи.

Отметки в судьбах, которыми распорядилась самая жестокая в мире война, не дают права позабыть о многом. Бережное отношение к исторической памяти необходимо. А иначе как жить без родства душ и поколений, близости родных и любимых, чести и совести, доставшихся от предков?

Сергей ВОЛКОВ.

Рейтинг@Mail.ru